Меню сайта
Категории раздела
НОВОСТИ СТАНИЦЫ [3]
Мини-чат
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 31
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Поход на Кавказ. Битва за нефть. 1942-1943 годы. Главы из книги.

В то время, пока советские войска наносили главный удар по 44-му егерскому корпусу, они не оставляли в покое и 5-й армейский корпус в районе Неберджаевской. Здесь их цель заключалась в том, чтобы атакой в этом направлении создать южный клин, который позже должен был повернуть на Новороссийск, а затем — на север, чтобы открыть дорогу на Таманский полуостров с тыла.

24 июля, когда сражение в полосе 44-го егерского корпуса находилось в самом разгаре, советские войска атаковали 23-й румынский егерский батальон с целью овладеть высотой 352,6 и дорогой, ведущей к юго-западу от Неберджаевской. Румыны были разгромлены.

Высоту 352,6 обороняли остатки 7-й роты 213-го полка и часть 173-го учебного батальона под командованием обер-лейтенанта Голлерт-Ханзена. Бои шли целый день. Голлерт-Ханзен был трижды ранен, но продолжал показывать пример своим подчиненным. Высота 352,6, прозванная «Вороньим гнездом», осталась недоступной для противника. Дорога на Новороссийск оставалась закрытой.

До ночи резервы 73-й пехотной дивизии пытались закрыть брешь между высотой «Воронье гнездо», которую теперь удерживал капитан Грабер, и отметкой 62,1. Им это сделать не удалось. Предусмотрительно на рубеж «линия Гунтера» по обе стороны высоты 223 был выведен 51-й строительный батальон.

Сильные атаки против высоты «Воронье гнездо» продолжались и 25 июля. Для ликвидации прорыва туда были переброшены два батальона 421-го гренадерского полка 125-й пехотной дивизии. Удалось частично обеспечить стыки. Непосредственная угроза Неберджаевской была снята. Ночью два батальона 421-го гренадерского полка подошли к «Вороньему гнезду».

С 25 июля по 10 августа советские войска постоянно пытались пробиться к дороге на Новороссийск, но успеха не имели. После дней жестоких боев немецкий фронт снова стабилизировался.

В первые августовские дни все наблюдательные пункты в полосе 44-го егерского корпуса докладывали о перемещениях крупных масс противника. 6 августа он предпринял в нескольких местах разведку боем, она была отражена. С 7 по 12 августа последовали атаки советских войск в полосе обороны 98-й пехотной дивизии и на северном фланге 97-й егерской дивизии. Немецкий фронт удержался! Но главный удар был нанесен в стык между 97-й егерской и 9-й пехотной дивизиями на рубеже Горно — Веселый, высотой Вышка. Глубокое вклинение привело к кризису, который удалось преодолеть резервам 9-й пехотной и 97-й егерской дивизий. С 8 по 11 августа советские войска были медленно вытеснены.

12 августа две советские дивизии пошли в наступление. Им удалось вклиниться в оборону в районе высоты Вышка. 13 августа вклинение было ликвидировано. Во время этих боев большие потери понес 11-й гвардейский стрелковый корпус. Благодаря стойкости 97-й егерской дивизии 19 августа потерпела неудачу еще одна попытка советских войск овладеть высотой Вышка.

В последующее время советские войска предпринимали лишь слабые попытки вклиниться в немецкую оборону. Третьего сентября 97-я егерская дивизия отразила атаки противника на многих участках. 14 сентября 290-м гренадерским полком 98-й пехотной дивизии были отражены две атаки пехоты и танков противника. При этом 14-я рота 290-го полка подбила три танка, а румынская 110-я противотанковая батарея — четыре танка противника. На следующий день 282-й гренадерский полк отразил атаку 20 советских танков.

Последние атаки советских войск на Кубанском плацдарме представляли собой скорее разведывательные и беспокоящие действия. Было ясно, что Кубанский плацдарм стабилен, но в полосе группы армий фон Манштейна обстоятельства складывались таким образом, что 17-я армия была вынуждена сдать свои позиции в Азии. Советские войска прекратили в ее полосе крупные наступательные действия и заняли выжидательную позицию, чтобы оказаться тут как тут, когда немцы начнут отход.

В отчете, составленном командиром 97-й егерской дивизии, приведены факты, которые привели к неудаче советского наступления против 17-й армии:

1. Численное и материальное превосходство советских войск в сражениях января/февраля южнее и юго-западнее Краснодара. Недостаток решительности и медлительность советских командиров среднего и нижнего звена. Слабая поддержка артиллерии, которую невозможно было своевременно доставить из-за сложных погодных условий.

2. Бои под Абинской были заблаговременно предусмотрены немецким командованием, предпринявшим соответствующие меры. Впервые советскими войсками проведена сильная артиллерийская подготовка и целенаправленно применена авиация. Выдвижение советских атакующих частей из отдаленных районов сосредоточения после окончания артиллерийской подготовки привело к разгрому наступающих волн далеко перед немецкой линией обороны нашей артиллерией и авиацией.

3. Во время наступления под Крымской противник подвел свои наступающие части на близкие подступы еще во время артиллерийской подготовки. При вклинениях в нашу оборону единое управление наступлением, и прежде всего управление артиллерийским огнем, выпадало у советского командования из рук. Разобщение наступающих войск обеспечило успех немецких контратак.

4. Во время наступления 26 мая можно отметить массовое применение крупных сил артиллерии, пехоты, танков и авиации. Улучшилось их массирование на главном направлении и взаимодействие. Новым было массовое применение танков. Не было ни одной атаки без поддержки танков, ни одного дальнейшего наступления без пехоты.

И все же каждый раз немецким обороняющимся войскам удавалось отсекать пехоту от танков и, таким образом, ослаблять силу удара.

Из доклада командира 97-й егерской дивизии ясно следует, что советское командование постоянно пыталось учиться на своих ошибках. Напротив, в немецких войсках потери опытных командиров росли, их заменило недостаточно подготовленное пополнение. Это относилось и к кадровому составу и выдвижению в самих войсках. Потери опытных командиров отрицательно сказывались на согласованности действий частей и подразделений.

В заключение приведем данные о действиях авиации обеих сторон. На 31 августа 1943 года в 1-м воздушном корпусе 4-го воздушного флота насчитывалось 879 самолетов, из них 514 исправных. По видам они подразделялись так:

Всего Исправных

Ближних разведчиков 83 52

Дальних разведчиков 62 37

Истребителей 105 13

Ночных истребителей 21 13

Бомбардировщиков 257 142

Пикирующих бомбардировщиков 193 112

Гидросамолетов 20 14

Транспортных самолетов 138 99

В составе только Северо-Кавказского фронта насчитывалось около 750 самолетов.

Неискушенный читатель может подумать, что численные различия невелики. Однако различие состояло в том, что 1-й воздушный корпус с указанными машинами действовал на всем южном участке Восточного фронта, то есть до самого Харькова. Со своих аэродромов в Крыму и в тылу группы армий фон Манштейна экипажи вынуждены были действовать непрерывно, то здесь, то там, в тех местах, где было жарче всего. Нагрузка на летный состав и машины была предельной.

Приведенные данные позволяют показать участие немецких летчиков в общем ходе боевых действий. Немецкие истребители постоянно вели бои с советскими бомбардировщиками и штурмовиками, принимали участие в наземных боях. Но особую благодарность заслужили пилоты немецких пикирующих бомбардировщиков, которых ожесточенно сражающиеся пехотинцы всегда встречали как своих избавителей. Их крик: «Наши пикировщики пришли!» — вселял надежду и давал новые силы выстоять.

 

ЭВАКУАЦИЯ С КУБАНСКОГО ПЛАЦДАРМА

Советский десант в порту Новороссийск — Поэтапный отход — Немецкие силы флота охраняют морские пути — «Малая голова гота» — Дальнобойные батареи из 'Керчи прикрывают отход арьергардов — На морских паромах через Керченский пролив

 

Развитие обстановки на южном крыле Восточного фронта и выход Италии из войны принудил к сдаче Кубанского плацдарма. 5 августа группа армий «А» вынуждена была передать в состав группы армий «Юг» 355-ю пехотную дивизию, обеспечивавшую охрану Крыма. В связи с этим командующий группой армий «А» генерал-фельдмаршал фон Клейст приказал вывести с Кубанского плацдарма остатки 13-й танковой дивизии. С 18 по 20 августа 13-я танковая дивизия переправилась в Крым, но там не осталась, а маршем была переброшена на северный берег Азовского моря в состав 6-й армии, которая вела там тяжелые бои. Опасность того, что Крым будет отрезан от остального Восточного фронта, была очень велика. Германия опасалась, что с его потерей из войны выйдет Румыния. 3 сентября командующий группой армий «А» получил из ОКХ приказ оставить Кубанский плацдарм. Первым днем эвакуации должно было стать 7 сентября. Группой армий «А» и 17-й армией заблаговременно были разработаны планы отхода «Кримхильда» и «Брунгильда».

План «Кримхильда» был рассчитан на срок эвакуации 10—12 недель и предусматривал вывоз всего имущества, предназначенного для дальнейшего ведения войны, а также значительного количества гражданского населения.

План «Брунгильда» предлагал провести эвакуацию за 38 суток, вывоз имущества вермахта и приведение в негодность промышленных и других грузов.

Оба плана предусматривали поэтапный отход к Керченскому проливу и ведение временной обороны на выгодных участках местности. При этом особое значение придавалось «Малой голове гота», связанной с Таманским полуостровом только в трех местах. Для отхода должна была полностью использоваться единственная хорошая дорога Киевское — Варениковская. Важнейшим фактором скорости отхода была согласованность с возможностями морских транспортных средств. План предусматривал переправу через Керченский пролив одной дивизии ежедневно.

Штаб армии довел план в общих чертах до управлений корпусов. Его детальная проработка была их делом. За 30 часов до начала каждого отхода они должны были ставить задачи своим дивизиям. Поэтому каждое подразделение должно было знать, когда и куда ему предстоит двигаться.

Для установки заграждений и оборудования промежуточных позиций работало 13 саперных и 11 строительных батальонов. Усиленное наблюдение за черноморскими портами со стороны воздушной и морской разведки должно было заблаговременно выявить приготовления противника к возможной десантной операции.

Приготовления немцев не укрылись и от советского командования. Обе стороны стремились выявить намерения друг друга, но точное время отхода так и осталось для советской стороны тайной.

К этому времени советское командование уже вывело часть своих войск с Кубани и бросило их в бой для развития успеха севернее Азовского моря. Одновременно был замечен перевод десантных средств из южных черноморских портов в Геленджик. Оценка обстановки управлением 17-й армии в ближайшее время не предусматривала крупных боевых действий со стороны противника.

В ночь на 30 августа в порту Новороссийск был захвачен в плен русский лейтенант флота Васильев. Ему была поставлена задача приблизиться в резиновой лодке к берегу и разведать силы немецкого гарнизона и местность между западным молом и Станичкой. В результате его допроса удалось выяснить, что предстоит нападение на внутреннюю гавань, одновременный десант в районе Анапы, Озерейки, высадка воздушного десанта в районе Борисовки и сковывающий удар под Темрюком. Были показания советского лейтенанта правдой или вымыслом? Для обеспечения безопасности 1-й батальон 228-го егерского полка был переведен в порт Новороссийск, а остальные подразделения этого полка приведены в готовность для действий в резерве. Но удара советских войск не было. Резервы были отведены. И все же оказалось, что показания Васильева были правдивыми. Высадка советского десанта два раза откладывалась из-за погодных условий.

Вечером 9 сентября 1943 года соединение десантных кораблей под командованием контр-адмирала Холостякова вышло в море. На них находились отборные части: 255-я бригада морской пехоты полковника Потапова, 393-й отдельный морской стрелковый батальон капитан-лейтенанта Бутылина, носивший почетное наименование «имени Куникова», 1339-й стрелковый полк подполковника Каданчика и другие мелкие подразделения общей численностью 8935 человек на 129 мелких кораблях.

В полночь десантное соединение находилось у входа в Новороссийскую бухту. В этот момент более 800 орудий и минометов, а также большое количество реактивных минометов открыли ураганный огонь по порту и городу. Дальнобойные батареи береговой артиллерии с берега Цемесской бухты поражали цели далеко в -тылу немецких войск.

В 3.00 10 сентября советская специальная группа подошла к немецким портовым заграждениям и сделала в них проход. Вслед за ней между портовыми молами пошел поделенный на три группы первый эшелон, который прикрывали 25 торпедных катеров под командованием капитана 2-го ранга Проценко. Высадка десанта была замечена, только когда батальон имени Куникова был уже во внутренней гавани.

Порт обороняли две роты морской пехоты под командованием капитан-лейтенанта Хоссфельда. Проценко повел в бой свои торпедные катера. У молов и пристаней начали рваться торпеды. Огнем из бортового вооружения были накрыты немецкие морские пехотинцы. Подошел второй эшелон десанта и захватил три участка во внутренней гавани. Немецкие морские пехотинцы дрались отчаянно, но после того, как связь между отдельными опорными пунктами была нарушена, немецкая оборона в порту была сломлена.

Когда начались бои в порту, советская 18-я армия на северном берегу Цемесской бухты перешла в наступление, чтобы сковать немецкие войска на их позициях.

Через некоторое время подошли немецкие резервы. В городском районе Мефодиевский действовали части 73-й пехотной дивизии генерал-майора Бёме, 101-й егерской дивизии и румынской 1-й горнострелковой дивизии. В западном Новороссийске и Станичке вели бой подошедшие части немецкой 4-й и румынской 4-й горнострелковых дивизий.

У западного мола 91-й горнострелковый полк, 94-й батальон и 3-я рота 94-го саперного батальона под командованием полковника Хёрля отразили атаку десанта. Противник, закрепившийся на пляже и у причала подводных лодок, был сброшен в море. В 16 часов началась контратака против подразделений противника, закрепившегося в здании холодильника и у зернового причала. Но сбросить в море их не удалось. Продолжался сильный артиллерийско-минометный огонь противника. Под прикрытием огневого вала в 2.00 11 сентября противник высадил новые войска.

11 сентября 13-й горнострелковый полк принял от 91-го горнострелкового полка его правофланговый участок. 12 сентября 94-й батальон, 3-й батальон 13-го полка и подразделения 91-го егерского полка атаковали занятую противником территорию порта и в некоторых местах потеснили противника. Был восстановлен стык с 73-й пехотной дивизией.

В Новороссийской гавани были потоплены советские торпедные катера ТКА-124 и 125, а также сторожевые катера СКА-025, 032 и 084.

Предпринятые противником атаки с плацдарма Мысхако в северном направлении были отражены 91-м горнострелковым полком. За бои в Новороссийске полковник Хёрль был награжден Рыцарским крестом.

Хотя десантная операция советских войск и не нарушила целостность обороны 17-й армии, однако в связи с ней не удалось, как было запланировано, привести Новороссийский порт в негодное состояние по крайней мере на шесть месяцев.

По срокам план «Кримхильда» выполнить уже не удавалось. Был принят план «Брунгильда». В ночь на 16 сентября начали отход 5-й армейский и 44-й егерский корпуса. 18 сентября за ними последовал 49-й горнострелковый корпус. Войска Северо-Кавказского фронта под командованием генерал-полковника Петрова сразу же начали наседать. В полосе 5-го армейского корпуса в наступление перешли войска советской 18-й армии генерал-лейтенанта Леселидзе и 20-го десантного корпуса, в составе которых насчитывалось восемь дивизий и пять бригад. В полосе 44-го егерского корпуса начали продвигаться вперед семь дивизий и две танковых бригады 56-й армии генерал-лейтенанта Гречко, а в полосе 49-го горнострелкового корпуса усилили натиск пять дивизий, танковая бригада и две бригады морской пехоты 9-й армии генерал-майора Гречина.

В районе Новороссийск, Крымская отходу благоприятствовала горнолесистая местность. Западная часть Таманского полуострова представляет собой безлесную равнину с отдельно стоящими горами, многочисленными хуторами, колхозами и протяженными селами. Оборону можно было вести по берегам многочисленных озер. 15 сентября в районе Киевского советские войска силами трех полков при поддержке 70 танков перешли в наступление, чтобы помешать отходу немцев и раньше них выйти на дорогу, ведущую к Варениковской. 79-я пехотная дивизия сдержала их натиск.

Утром 16 сентября немецкие войска без существенных помех перешли из южной части «Большой головы гота» в южный район «рубежа Зигфрида». Продолжавшие оборону за день до этого 98 и 79-я пехотные дивизии присоединились к отходившим войскам и заняли «рубеж Герно».

В 8.30 16 сентября противник начал наступление из оставленного немецкими войсками Новороссийска по дороге в сторону перевала Волчьи ворота. По колоннам противника открыл сосредоточенный огонь 94-й горно-вьючный артиллерийский полк. Под натиском противника северный фланг 4-й горнострелковой дивизии отошел к перевалу. На этом благоприятном для обороны участке местности противник был остановлен. Взорвать железнодорожный туннель из-за технических неполадок удалось только наполовину.

16 сентября 79-я и 98-я пехотные дивизии вели ожесточенные бои на «рубеже Герно». Советская 56-я армия пыталась прорваться вдоль главной дороги на Таманский полуостров и окружить 5-й армейский корпус генерала Альмендингера и 44-й егерский корпус генерала де Ангелиса, которые вели бои западнее Новороссийска. Под сильным натиском противника 79-я пехотная дивизия была вынуждена оставить «рубеж Герно» 17 сентября, то есть на день раньше, чем было предусмотрено планом. К ней была вынуждена присоединиться 98-я пехотная дивизия. Оказавшаяся в тяжелом положении 97-я егерская дивизия 18 сентября своим северным флангом вела бои уже между рубежами Зигфрида и Фолькера, в то время как ее южный фланг занял непредусмотренную промежуточную позицию южнее Гладковской и вынужден был прикрывать планомерный отход 5-го армейского корпуса. Мощный натиск на позиции 79-й пехотной дивизии продолжался. Чтобы советские войска не узнали, что «рубеж Герно» был оставлен преждевременно, 560-й батальон специального назначения целый день сдерживал натиск советских войск в районе Гладковской.

В полосе 4-й горнострелковой дивизии 18 сентября развернулись ожесточенные бои за гору Гуздева. Отразив атаки противника, 4-я горнострелковая дивизия в составе 5-го армейского корпуса заняла «рубеж Фолькера». К этому отходу присоединились части южного фланга 44-го егерского корпуса, тогда как его войска на северном фланге продолжали находиться на «рубеже Зигфрида». В тот же день 49-й горнострелковый корпус также начал отход на «рубеж Гарц». Таким образом, сплошной фронт обороны 17-й армии был снова восстановлен.

19 и 20 сентября в районе Красно-Медведовской 4-я горнострелковая дивизия отражала атаки пехоты и танков противника. 91-й горнострелковый полк уничтожил шесть прорвавшихся танков противника.

В ночь на 21 сентября все три немецких корпуса отошли на «рубеж Хагена».

Советское командование сосредоточило крупные силы в полосе 5-го армейского корпуса. 21 сентября они пошли в наступление против южного фланга, чтобы встретить немецкие войска на выходе из горно-лесного района у Анапы. Советское командование предусматривало также одновременно высадить десант в тылу 5-го армейского корпуса, а в ходе дальнейшего наступления отрезать два немецких корпуса, находящихся севернее, прежде чем они успеют уйти на «Малую голову гота».

21 сентября в наступление перешла советская 18-я армия. Ожесточенные атаки танков и пехоты противника отражали роты 4-й горнострелковой дивизии. Пока 1-й батальон 13-го горнострелкового полка занимал оборону севернее Анапской, главные силы дивизии вели тяжелые бои на промежуточной позиции восточнее Гайкадзоры и на высотах к северу от этого населенного пункта. Превосходящие силы противника быстро оттесняли румынские части, находившиеся на побережье, и несколько раз пытались обойти 4-ю горнострелковую дивизию. 94-й горный разведывательный батальон ротмистра Торея с большим трудом отражал атаки с открытого южного фланга. Одновременно приходилось отбивать атаки советских частей из лесов севернее Красно-Медведовской. Несмотря на большие потери от огня дивизиона тяжелых полевых гаубиц, русские постоянно атаковали и в нескольких местах вклинились в оборону. В этой обстановке командир дивизии генерал-майор Браун взял под свое командование части румынских 19-й пехотной и 6-й кавалерийской дивизий, чтобы обеспечить единое командование войсками на побережье. После того как 13-й горнострелковый полк принял румынский участок обороны, 94-й горнострелковый батальон и 3-й батальон 13-го горнострелкового полка ликвидировали вклинения у Политода. Во второй половине дня, раньше, чем было предусмотрено, румыны оставили Анапу. Через два часа после их ухода в порту уже высаживались русские части.

В полосе 44-го егерского корпуса 21—22 сентября возобновились атаки противника, которые увенчались прорывом танков до Пиленко. Немецкие штурмовые орудия и налет пикирующих бомбардировщиков отбросили советские войска назад, при этом были уничтожены все восемь прорвавшихся танков. Но из-за того, что в Пиленко была разрушена железнодорожная станция, 3-й инженерный железнодорожный полк не смог эвакуировать находившиеся в Пиленко склады.

Вечером 23 сентября войска отошли с выдающегося на юго-восток «рубежа Хаген» на «рубеж Рюдигер», который теперь, с примыкающим к нему с севера «рубежом Рён», имел существенно меньшую протяженность по фронту. Освободившиеся войска шли маршем в направлении Ильича для переправы через Керченский пролив или поступали в распоряжение командира 50-й пехотной дивизии генерал-майора Зикста и включались в его боевую группу, которой была поставлена задача оборудовать за удерживаемым рубежом оборонительные позиции в южной части Таманского полуострова. 370-я и часть 50-й пехотных дивизий были объединены под командованием командира 370-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Беккера. Задача его группы заключалась в обороне рубежа Темрюк, Голубицкая.

24 сентября все три немецких корпуса отражали атаки противника на рубеже «Рён—Рюдигер». На главном направлении, в центре перешейка, стояла 97-я егерская дивизия.

В ночь на 25 сентября русские войска высадились в 6 километрах западнее Благовещенской. На следующее утро последовала фронтальная атака советских войск при поддержке 15 танков на узкой косе у Благовещенской. Части румынской 9-й кавалерийской дивизии полковника Грунау были опрокинуты, и отход их был серьезно затруднен. В полдень находившийся на привале в Уташе 1-й батальон 13-го горнострелкового полка был поднят по тревоге и направлен на помощь румынам. Немцы и румыны дрались плечом к плечу и отходили к следующей позиции.

В ночь на 25 сентября советские войска высадились в Темрюкской бухте, чтобы отрезать группе Беккера путь к отступлению. После ожесточенного боя десант был уничтожен, а продолжавшие подходить десантно-высадочные средства противника вынуждены были повернуть обратно. Генерал Конрад отметил в приказе части, участвовавшие в разгроме десанта противника:

«25 сентября 1943 года был полностью уничтожен противник численностью 800 человек (части 389-й стрелковой дивизии и 369-й батальон морской пехоты), высадившийся в тылу 49-го горнострелкового корпуса под Темрюком и Голубицкой. Благодаря этому удалось предотвратить выход противника на важнейшие пути снабжения. Результат этого боя является особой заслугой командира 123-го гренадерского полка полковника Бирмана и командира 666-го гренадерского полка полковника Бабеля...»

Утром того же дня советский 11-й стрелковый корпус начал наступление по обе стороны дороги Курчанская — Темрюк. Оно было отражено частями 50-й и 370-й пехотных дивизий и 101-й егерской дивизии. Последняя, после отхода из района Киевского частью сил обеспечивала охрану побережья Азовского моря и плавней.

К вечеру 25 сентября 5-й армейский корпус отошел на «Малую позицию гота». В ночь на 26 сентября группа Беккера заняла «Позицию Оденвальд», а через 24 часа отошла на «Малую голову гота». После того как был оставлен Темрюк и взорван мост через Кубань, оборона проходила восточнее Голубицкой по самому узкому участку северного перешейка.

С уходом на «Малую голову гота» удалось добиться большого сокращения линии фронта. Освободившиеся дивизии были переправлены в Крым. Кроме того, туда же направились управления 5-го армейского и 44-го егерского корпусов, 125-я пехотная дивизия (она начала переправу своих первых частей еще 7 сентября), 9-я пехотная, 101-я егерская дивизии, румынские 1-я горнострелковая и 10-я пехотная дивизии, 73-я и 79-я пехотные дивизии и румынская 9-я кавалерийская дивизия. Оборона «Малой головы гота» была поручена теперь только 49-му горнострелковому корпусу в составе групп Беккера и Сикста. Обороной центрального участка руководило непосредственно командование корпуса. Фронт обороняли (с севера на юг): 50-я и 370-я пехотные дивизии Беккера, 98-я пехотная и 97-я егерская дивизии (на центральном участке), 4-я горнострелковая и румынская 19-я дивизии Зикста.

В Керченском проливе царило оживление. По точным планам осуществлялась переправа подходивших соединений. Общее руководство перевозками осуществляли адмирал Черного моря вице-адмирал Кизерицки и морской комендант Кавказа капитан 1-го ранга Граттауэр. В переправе участвовали: 1-я (капитан-лейтенант Гиле), 3-я (капитан 2-го ранга Штремпель), 5-я (капитан 3-го ранга Мелер) и 7-я (капитан 3-го ранга Штельцер) десантные флотилии, а также 770-й саперный десантный полк полковника Хенке.

Перевозка войск осуществлялась на морских и саперных десантных паромах (паромах грузоподъемностью 60 т), саперных десантных катерах (грузоподъемностью 30 т), паромах Зибеля (силовая установка — 2 авиационных двигателя, грузоподъемность — 10 т) и лихтерах.

Конвои проходили по следующим маршрутам: Керчь — Темрюк (конвои «Тони» и «Теодор»), Керчь — Тамань (конвои «Банзин» внутреннего сообщения) и, первое время, Керчь — Анапа (конвои «Хаген»).

Охрану побережья и конвоев обеспечивали силы флота, состоявшие из мелких кораблей. Часто они заходили в порты только для пополнения запасов, а потом снова выходили в море. У экипажей мелких открытых кораблей часто не было возможности принимать горячую пищу и спать, особенно плохо им приходилось в непогоду.

Торпедные катера, которые обычно несли разведывательную службу, днем были беззащитны от налетов авиации. Так, 11 сентября в 4.30, когда произошла высадка советских войск под Новороссийском, катера, возвращавшиеся с патрульной службы в районе бухты Озерейка в базы Анапа и Иван Баба, были атакованы советскими штурмовиками. С катеров вызвали истребительное прикрытие. Советские самолеты снижались до высоты десяти метров и обстреливали торпедные катера. Огонь зенитного вооружения не помогал, так как 20-мм снаряды зенитных пушек отскакивали от бронированных штурмовиков. На S-46 из строя вышли машины, в торпедных аппаратах сдетонировали две торпеды, передняя часть катера была полностью разрушена. Несмотря на продолжавшиеся атаки, патрульному катеру удалось спасти с тонувшего S-46 экипаж, члены которого были почти все ранены, а также снять погибших. В 5.50 появилось истребительное прикрытие, прогнавшее советские штурмовики.

27 сентября торпедные катера 1 -й флотилии торпедных катеров капитана 3-го ранга Бюхтинга атаковали Анапу, чтобы помешать советским транспортным коммуникациям. В 23.00 катера находились у входа в порт. Определив цели у мола, они подошли ближе и с дальности 800 метров выпустили торпеды. Восьмью торпедами было потоплено четыре судна водоизмещением около 2200 брт. Во время повторной операции на следующую ночь вылетел ночной разведчик, который восемью световыми бомбами осветил порт, но он был пуст.

Охранение севернее Керченского пролива и Темрюкской бухты обеспечивали 3-я флотилия тральщиков капитан-лейтенанта Классмана и артиллерийские баржи. Артиллерийские баржи делали из девяти понтонов и устанавливали на них две 88-мм зенитные пушки, 20-мм счетверенную зенитную установку и станковый пулемет. Небольшая осадка и низкий силуэт делали артиллерийскую баржу идеальным прибрежным кораблем.

                                                Страница 3 Назад - Вперед

Вход на сайт
Поиск
Календарь
«  Май 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • База знаний uCoz